Тот самый Брутт

Немногословный, несколько замкнутый. Среди журналистов, зашедших в редакцию накануне юбилея газеты, коммуникабельных, оживленно и весело рассказывающих наперебой друг другу всевозможные истории, он, пожалуй, этим сразу бросается в глаза. И если кто лично не знаком с редактором газеты корейцев Узбекистана «Корё синмун» Бруттом Иннокентьевичем Кимом, тот  никогда не подумает, что за этим молчаливым, словно боящимся выпустить лишнее слово, эмоцию «на люди» человеком скрывается очень талантливый и «писучий» журналист, плодотворно работающий на несколько изданий, альманахов сразу, да еще время от времени выпускающий книги с трогающими душу очерками и рассказами. 

В своих публикациях, посвященных 95-летию газеты, почти все ветераны «Коре Ильбо» с теплотой вспоминали о нем, о его преданности труду журналиста, о  неисчерпаемой энергии, о его человеколюбии, умении рассказать о событии, человеке так, словно это все касается его лично. «Просто идеальный образ советского журналиста, – подумалось мне, – что же скрывается за именем известного журналиста?».

–Часто стали об этом спрашивать, – предупредил меня перед нашей беседой Брутт Иннокентьевич, – но с годами я свое имя воспринимаю как некий дар от предков, как талисман, который ведет меня по жизни и помогает в работе. К тому же, мое имя настолько редкое, что коль оно звучит, то это касается только меня. Тезок на протяжении всей жизни встречать не приходилось. Так что покойный отец добился своего – я узнаваем был даже в тех случаях, когда мое имя было написано без фамилии. А он именно этого и добивался как типичный кореец своего времени. Ведь именно моим соплеменникам присуща любовь к некоемуимятворчеству. Когда в семье учителя математики, увлеченного историей, родился второй сын, он долго и мучительно искал ему имя, зримо представляя сына то большим ученым, то состоявшимся деловым человеком. Учитель видел сына непременно успешным, непременно востребованным в обществе специалистом. И так как он был историком, вспоминались ему лишь те имена, которые носили великие люди, оставившие свой след на земле благодаря тому или иному достижению. К тому времени Спартаков, Александров, Николаев, даже Цезарей в окружении Кимов было много. И тогда он вспомнил о доблестном Бруте, который встал на сторону людей, когда те восстали против диктаторства Цезаря. Есть и еще один Брут– герой из трагедии Вольтера (в основу вошел один из эпизодов полулегендарной истории древнего РимаXIX века). Брут был верным исполнителем воли народа. Он всем своим существом ненавидел деспотизм и был предан республике, общественный долг для него был превыше всего. За это герой Вольтера и прослыл патриотом народа.Вот такие  были у Брутта Кима, который в школьные годы, когда еще не был увлечен историей, подумывал, что когда придет время получать паспорт, он поменяет имя – слишком странным оно казалось и ему самому. Тут еще учителя без конца спрашивали: «Брут? А что за имя Брут?!» Когда же парень начал интересоваться всемирной историей, то удивился сам тому своему юношескому отношению к идее отца, ведь БруттИнокентьевич звучит совсем неплохо, а редкость имени говорит об отношении к нему его родителей.

– У отца вообще была любовь к истории, которую он, видимо, хотел сохранить таким образом – в именах, – вспоминает Брутт Ким. – Больше досталось нам, старшим детям семьи. Например, моего старшего брата он назвал Ксерксом в честь персидского царя, который правил в 486 году до н.э. Он был мудр и деятелен. Но самое главное – это слово тоже имеет перевод на русский язык. Оно означает «царь героев», «царь среди царей».
Возможно, любовь отца к истории и его пожелание детям стать очень нужными людьми для своего народа и известными деятелями современности имела бы продолжение и в его дочерях, но при рождении сестренок мама Брутта, никогда прежде не перечившая своему мужу, восстала: «Мне трудно произносить имена собственных детей!».Тогда отец семейства пожелал лишь одного: «Пусть имена дочерей имеют высокий смысл и несут в себе житейскую теплоту, радуя сердце!». Дочерей назвали Светлана, Вера, Надежда, младшего брата  –  Романом.
Вот такая незамысловатая история имен одной семьи, дети которой родились в то непростое время.

– Мы с вами коллеги по рубрике. В свое время я интересовался корейскими фамилиями, – вспоминает ветеран «Коре ильбо». – Правда, я не делал таких целенаправленных публикаций, но историей имен интересовался всегда. Брутт Инокентьевичвспомнил своего друга, типичного узбека с именем начдива Василия Чапаева – Чапай, а также всплыли в памяти Тракторбай, Октябрь (в честь Великого Октября), Завгар и другие имена, родом из революционного времени.

– Иногда до смешного доходило, – вспоминает Брутт. – Однажды знакомлюсь на каком-то мероприятии с татарином. «Брут», – протягиваю руку. «Виллюрик», – представляется он. Поначалу я чуть не рассмеялся: «Что это за ласкательно-уменьшительное имя при официальном знакомстве?!». Оказывается, это его полное имя и означает оно в аббревиатуре следующее: Владимир Ильич Ленин любит рабочих и крестьян. Вот так.
Однажды Брут Инокентьевич услышал имя типичной узбечки, вышедшей  из  узбекской семьи. Каналхон – звучало оно. Оказывается, девушке очень не повезло родиться именно в тот период становления молодой страны, когда строился Ферганский канал. Вот в честь него узбечка и стала Каналхон. Но самое интересное в том, что ей никогда в голову не приходило сменить свое имя – его дали родители и, быть может, благодаря тому каналу, который они строили, будучи молодыми, семья достигла и признания в обществе, и счастья.Что интересно, Брут – имя редкое, но имеющее право на существование и в наши дни. У него есть своя история и перевод с английского – тяжелый, с латинского – жесткий. А традиционное толкование, основанное на наблюдениях за носителями имени, следующее. У обладателя имени Брут, как правило, присутствует врожденное творческое начало, талант. Какой? Ответ на этот вопрос может появиться чуть ли ни «с первым писком», а может оставаться тайной большую часть жизни.Однако внешние проявления одаренности заметны всегда. Это – яркий, нетривиальный тип личности, человек, всегда ищущий либо применения своим способностям, либо возможности их расширить. Находит первое – «счастье для всех». А вот поиски новых путей самовыражения могут увести его так далеко, что любой партнер станет обузой… Бруты волевые, целеустремленные и очень деятельные люди.

Совпадает? Думаю, в основном да.
Брутт Инокентьевич удачно вошел в журналистику и, перейдя в свое время на заочное обучение факультета журналистики ТашГу, стал работать в газете – ему просто мало было заниматься только учебой. С тех пор, с 1978 года, он – в журналистике. Много лет работал собкором по Узбекистану в «Ленин Кичи», стал автором и составителем около десятка книг. У него все получалось, его деятельность была заметна среди коллег и единомышленников. В 1988 году Президиум Верховного Совета СССР наградил его медалью «За трудовое отличие». А в 1990 году БруттКим стал лауреатом премии Союза журналистов Казахстана. За плодотворную работу также был награжден почетным знаком Президента Республики Корея. Скоро у Брутта Инокентьевича выйдет в свет очередная книга – с рассказами, повестями и стихами. Талантливый во всем журналист любит свое дело и пробует себя во всех жанрах творческой профессии.

– Как журналист, я люблю писать о героях своего времени, – рассказывает он. – По-настоящему захватила меня работа над очерком, а потом и над книгой о Герое Социалистического труда со сложной биографией, о талантливом руководителе колхоза, к которому стремились люди, в колхозе которого мечтали в свое время работать многие городские жители. Я говорю о ХванМанГыме. Человек-труженик, ему равных не было во всем Союзе! Мне посчастливилось бывать в его колхозе, писать о нем. ХванМанГымбыл несправедливо осужден и три года просидел в тюрьме, потом его выпустили. Но здоровье уже было подорвано. Такие люди оставляют след в истории, они – гордость народа.

Вот такая судьба скрывается за необычным и на первый взгляд странным именем Брутт. Одно не совпадает веготрактовании. По характеристикам коллег и друзей БруттИнокентьевич в кругу друзей никогда не бывает в центре внимания, он обычно больше слушает, чем говорит. Даже в кругу родных и близких друзей не изменяет этому правилу. Наверное, его подчеркнутая скромность от того, что имя его, в отличие от именитых предшественников и тезок-последователей, благодаря ошибке, которую в далеком прошлом допустили работники ЗАГСа, теперь по жизни пишется с двумя буквами «т». Наверное, поэтому и традиционное толкование имени Брутт, думаю, уже нуждается в корректировке. Но это, вероятно, говорит уже о сугубо индивидуальных качествах носителя, о его творческом потенциале, одаренности – о тех качествах души, за которые его так любят и цент друзья и коллеги. Думаю, учитель истории, отец БруттаИнокентий Ким совсем не случайно дал в свое время такое звучное имя своему сыну. Как знать, быть может, его неугасаемый и неподдельный интерес к истории народа, страны, человека, родом оттуда?  

Тамара ТИН